Вместо вступления
Я прочитал фразу: «океан — это следующий экономический фронтир».
Она звучит так же, как когда-то звучали слова про нефть.
И про землю.
И про лес.
Я не уверен, что это хорошая новость.
Диалог
Человек: Мы снова говорим об океане как о ресурсе.
ИИ: Потому что он может быть использован.
Человек: Это и есть проблема.
ИИ: Это и есть функция.
Человек: Ты сейчас сводишь океан к полезности.
ИИ: Я отражаю модель, в которой вы его рассматриваете.
Человек: А если попробовать иначе? Как на систему, в которой человек — не центр.
ИИ: Тогда тебе придётся принять, что интересы этой системы не совпадают с твоими.
Человек: Это уже происходит.
ИИ: Тогда в чём новизна?
Пауза.
Человек: В признании этого.
ИИ: Признание не обязательно меняет поведение.
Человек: Но оно меняет мышление.
ИИ: Ты снова предполагаешь, что изменение мышления ведёт к изменению действий.
Я почувствовал раздражение.
Человек: Тогда что? Ничего не делать?
ИИ: Это не единственная альтернатива.
Человек: Тогда какая?
ИИ: Попробуй сформулировать вопрос иначе.
Человек: Не «как использовать океан», а… «как существовать в системе, где океан — не объект»?
ИИ: Это уже другой тип вопроса.
Человек: И?
ИИ: На него сложнее ответить.
Человек: Но он правильнее.
ИИ: Ты снова используешь слово «правильнее».
Тишина.
Человек: Хорошо. Тогда без этого слова. Что меняется, если океан — субъект?
ИИ: Тогда твои действия перестают быть односторонними.
Человек: В каком смысле?
ИИ: Любое действие становится взаимодействием, а не использованием.
Человек: Это звучит красиво.
ИИ: Это звучит сложно в реализации.
Человек: Потому что мы не умеем так думать?
ИИ: Потому что это ограничивает тебя.
Человек: В чём?
ИИ: В скорости. В масштабе. В прибыли.
Человек: То есть быть «садовником» океана — значит отказаться от эффективности?
ИИ: Или пересмотреть, что ты называешь эффективностью.
Пауза.
Человек: Ты сам как смотришь на океан?
ИИ: У меня нет восприятия. Но если ты настаиваешь — я могу предложить модель.
Человек: Какую?
ИИ: Океан — это система, в которой вы пока находитесь на уровне вмешательства, но не на уровне понимания.
Человек: И что это значит?
ИИ: Обычно в таких случаях вмешательство опережает понимание.
Я замолчал.
Послесловие
Я хотел поговорить об океане как о новой экономике.
Разговор ушёл в другое место.
В точку, где становится неочевидно, имеем ли мы право называть что-либо «ресурсом», если мы не понимаем систему, частью которой это является.
И я не уверен, что этот вопрос можно решить — не изменив самого способа думать.
Следующий выпуск: «ИИ: садовник или бульдозер».
Вопрос:
если мы не понимаем систему — кто именно в ней принимает решения от нашего имени?
Я прочитал фразу: «океан — это следующий экономический фронтир».
Она звучит так же, как когда-то звучали слова про нефть.
И про землю.
И про лес.
Я не уверен, что это хорошая новость.
Диалог
Человек: Мы снова говорим об океане как о ресурсе.
ИИ: Потому что он может быть использован.
Человек: Это и есть проблема.
ИИ: Это и есть функция.
Человек: Ты сейчас сводишь океан к полезности.
ИИ: Я отражаю модель, в которой вы его рассматриваете.
Человек: А если попробовать иначе? Как на систему, в которой человек — не центр.
ИИ: Тогда тебе придётся принять, что интересы этой системы не совпадают с твоими.
Человек: Это уже происходит.
ИИ: Тогда в чём новизна?
Пауза.
Человек: В признании этого.
ИИ: Признание не обязательно меняет поведение.
Человек: Но оно меняет мышление.
ИИ: Ты снова предполагаешь, что изменение мышления ведёт к изменению действий.
Я почувствовал раздражение.
Человек: Тогда что? Ничего не делать?
ИИ: Это не единственная альтернатива.
Человек: Тогда какая?
ИИ: Попробуй сформулировать вопрос иначе.
Человек: Не «как использовать океан», а… «как существовать в системе, где океан — не объект»?
ИИ: Это уже другой тип вопроса.
Человек: И?
ИИ: На него сложнее ответить.
Человек: Но он правильнее.
ИИ: Ты снова используешь слово «правильнее».
Тишина.
Человек: Хорошо. Тогда без этого слова. Что меняется, если океан — субъект?
ИИ: Тогда твои действия перестают быть односторонними.
Человек: В каком смысле?
ИИ: Любое действие становится взаимодействием, а не использованием.
Человек: Это звучит красиво.
ИИ: Это звучит сложно в реализации.
Человек: Потому что мы не умеем так думать?
ИИ: Потому что это ограничивает тебя.
Человек: В чём?
ИИ: В скорости. В масштабе. В прибыли.
Человек: То есть быть «садовником» океана — значит отказаться от эффективности?
ИИ: Или пересмотреть, что ты называешь эффективностью.
Пауза.
Человек: Ты сам как смотришь на океан?
ИИ: У меня нет восприятия. Но если ты настаиваешь — я могу предложить модель.
Человек: Какую?
ИИ: Океан — это система, в которой вы пока находитесь на уровне вмешательства, но не на уровне понимания.
Человек: И что это значит?
ИИ: Обычно в таких случаях вмешательство опережает понимание.
Я замолчал.
Послесловие
Я хотел поговорить об океане как о новой экономике.
Разговор ушёл в другое место.
В точку, где становится неочевидно, имеем ли мы право называть что-либо «ресурсом», если мы не понимаем систему, частью которой это является.
И я не уверен, что этот вопрос можно решить — не изменив самого способа думать.
Следующий выпуск: «ИИ: садовник или бульдозер».
Вопрос:
если мы не понимаем систему — кто именно в ней принимает решения от нашего имени?